Городская лента

Царскосельскому лицею исполняется 215 лет

· 10

Императорскому Царскосельскому лицею исполняется 215 лет: торжественное открытие состоялось 19 октября 1811 года по юлианскому календарю, что соответствует 31 октября по новому стилю. В первый класс приняли тридцать мальчиков, среди них был одиннадцатилетний Александр Пушкин.

Лицей задумал реформатор Михаил Сперанский, а программу утвердил император Александр I. Заведение приравняли к университетам, но построили обучение на синтезе наук: воспитанники за шесть лет изучали философию, право, историю, математику и четыре языка, а также фехтование, верховую езду и рисование.

Главной особенностью Лицея стала атмосфера: телесные наказания там были строжайше запрещены, а профессора общались с воспитанниками на равных. Директора Василий Малиновский и сменивший его Егор Энгельгардт строили воспитание на любви и чести, а не на страхе. Мальчиков изолировали от внешнего мира, включая запрет на выезды к родителям.

Жили лицеисты в спартанских комнатах с железной кроватью, комодом и конторкой, но внутри флигеля Екатерининского дворца ценились ум, остроумие и поэзия. Воспитанники издавали рукописные журналы, спорили о политике и создали собственный язык: «кричать саваж» означало буянить, а «жабой» они иронично называли будущую государственную службу.

Первый, «пушкинский» выпуск состоял из 29 юношей и дал стране людей, определивших её лицо на полвека вперёд. Среди них — канцлер Александр Горчаков, вернувший России права на Чёрное море дипломатией после Крымской войны, адмирал и полярный исследователь Фёдор Матюшкин, поэт Антон Дельвиг, а также Иван Пущин и Вильгельм Кюхельбекер, разделившие судьбу декабристов.

Распорядок дня был расписан по минутам: подъём в 06:00, два утренних класса до чая, прогулки в любую погоду, обед с разговорами на немецком или французском, фехтование, танцы и верховая езда вечером. Отбой объявляли в 22:00.

Позже Лицей перевели в Санкт-Петербург, переименовали в Александровский, а в 1918 году закрыли советской властью. Опыт первых царскосельских лет остался эталоном образования: отказ от муштры, страха и зубрёжки в пользу доверия и уважения к таланту дал не послушного чиновника, а гения.